ФЭНДОМ


К звездам (часть I и часть II)
Ad-Astra

Сезон

первый

Номер

21 & 22

Сценарист

Винни Б. Старк и Джина Кренберри

Центральные персонажи

члены спецотряда «Улей»

«К звездам» — финальная серия первого сезона, состоящая из двух частей. Она подводит черту под первым этапом существования спецотряда «Улей», составляя смысловую арку с первым эпизодом сериала — «Сквозь тернии».

СинопсисПравить

На исходе первого полугода существования «Улья» жизнь на Дуаре перестала походить на безрадостное прозябание в снегах: окрыленные тем, что командование считает деятельность отряда более чем удовлетворительной, Петр Михайлович и его подчиненные, уже привыкшие друг к другу, наконец понимают, что база, где они коротают время между миссиями, — не разваливающаяся лачуга среди покрытых льдом скал, а новый дом для каждого из них. За обедом на кухне вслух зачитывают благодарственное письмо от Совета, адмирал больше не считает, что руководство «Ульем» — тяжкое наказание, очередная атака «Цербера» оборачивается неудачей из-за охранной системы, отлаженной Двести девятым и Ди, и даже сводки с фронтов впервые за долгое время будто освещены лучиком надежды. До победы над Жнецами еще далеко, но теперь она кажется достижимой.

После обнаружения обломков Горна в серии «Перевал» члены «Улья» вынуждены посменно нести у него вахты. На сей раз черед дежурить выпадает на долю Игнатиуса, Фортрана и Виты. Они коротают время в пещерах за приятными беседами, пока их товарищи по оружию наслаждаются заслуженным отдыхом на базе. Ни те ни другие не подозревают, что представители «Цербера», оказавшегося беспомощным перед новыми оборонительными сооружениями, вспоминают о Мирале, которую собирались использовать в своих целях еще в «Тени на стене». Напуганная угрозами, она передает им коды систем безопасности, и уже на следующий день враг захватывает базу так стремительно, что в «Улье» не сразу понимают: перевес сил не на их стороне.

Петр Михайлович получает опасное ранение, прикрывая отход своих бойцов, вынужденных спасаться бегством; Двести девятый отрезан от остальных на их с Ди корабле, который так и остался безымянным; связь с группой, охраняющей артефакт, потеряна. Мирок, казавшийся столь уютным, рассыпается, словно карточный домик. Саймон, Мирала, Ди, Барейл и Чатка оказываются среди снегов, думая, что адмирал погиб, и не имея представления о том, удалось ли спастись Шеймусу и Зои.

Наконец Мирала признается, что случившееся — ее вина, и сообщает, что приняла контрмеры: втайне от всех она установила на базе столько взрывчатки, что через несколько часов, когда сработает таймер, прогремит взрыв такой силы, что от «Цербера» не останется и следа, как, впрочем, и от всего, что строил и восстанавливал на Дуаре «Улей». После тяжелого разговора, обретающего всё больший накал с каждым новым витком, Ди решает вернуться, чтобы отключить взрывное устройство, но их с Двести девятым система безопасности работает против нее: обратная дорога представляет собой узкую невидимую тропку по минному полю, и шаг в сторону означает неминуемую смерть.

Пока Ди пробирается на базу, Чатка пытается наладить передатчик, чтобы выйти на связь с отрядом Игнатиуса, не подозревая, что беда и его не обошла стороной: Игнатиус, Фортран и Вита, изолированные от внешнего мира вместе с собиравшимися заступить на вахту Ферро, Нерис и Сареном, вынуждены сражаться с полчищами хасков. Сарена, бросившегося в самую гущу врагов наперекор приказу, считают мертвым; Фортран, чувствуя скорую гибель, решает признаться Нерис в том, что лишь притворялся оперативников ГОР, а на самом деле занял место своего брата; Вита и Игнатиус пытаются отключить подъемник, но только провоцируют камнепад.

В последний момент, когда надежда истаивает окончательно, на помощь им прибывает отряд Альянса. Выбравшись на поверхность, спасенные понимают, что жизнями обязаны Сарену, который проявил чудеса мужества, вырвавшись из окружения и добравшись до ближайшего передатчика: именно он связался с Альянсом и передал им точные координаты шахты.

Ди благополучно минует опасную полосу, обезвреживает большую часть взрывчатки и, не обнаружив на базе ни Петра Михайловича, ни остальных, в конце концов добирается до своего корабля. Двести девятый встречает ее известием о том, что геты, согласно расшифрованным данным, готовы принять помощь Жнецов в том случае, если Создатели решат вернуть Раннох силой. Разрываясь между долгом перед «Ульем» и потребностью предостеречь свой народ от повторения Утренней войны, она устремляет безымянный кораблик в небо и уводит его с орбиты Дуара.

ЦитатыПравить

Ферро. А там солнце Тессии, да? Тучанку-то я всегда найду.
Саймон. Знаешь, что хорошо? Звезды всё те же, но созвездия другие. На карту их никто не наносил. Можно придумать собственные, назвать как захочется. Они были бы только наши. Видишь пыжака? Он... ну, будто ловит рыбу в пруду, понимаешь?
Ферро. Папка всегда говорил, что у каждого своя счастливая звезда. Главное — чтобы вы со своей единственной звездочкой отыскали, заметили друг друга, тогда она будет присматривать за тобой с неба. «Всегда-всегда?» — спрашивала я у него. Саймон...
Саймон. Всегда.

~ ~ ~

Нерис. Если церберовцы сунутся к нам еще раз, я окончательно уверую, что сообразительность — явно редкое для них качество. Вы с Ди проделали отличную работу.
Двести девятый. Роль создательницы Ди незначительна. Заслуга принадлежит нам.
Нерис. Поверить не могу — ты хвастаешься!
Двести девятый. Мы пытаемся понять склонность органиков искажать факты в угоду собственным интересам.

~ ~ ~

Ди (в ярости и отчаянии). Хочется засунуть пистолет тебе в глотку и посмотреть, откуда выйдет пуля.
Мирала. Я не могу остановить снежную лавину, катящуюся с горы, просто не могу. Я... Саймон! Почему ты молчишь? Как ты можешь стоять так спокойно?! Ты обещал, что защитишь меня. Маме. Отцу...
Саймон. Зря ты не слушала, когда он рассказывал, что на Тучанке делают с теми, кто предает своих.

~ ~ ~

Шеймус. Почему я бегу по воздуху? Потому что я воздушный!
Зои. Не могли бы вы побыть земным, сэр?! Наверху простреливают!

~ ~ ~

Вита. Знаете, у нас нет такой идиомы: «Время как песок». Будто пролетающая комета, вот что говорят. Его не удержать за хвост — обожжешься. Но иногда, как сейчас, мне хочется попробовать.
Игнатиус. Если это прощальная речь, не забудь закончить ее на словах «Для меня было честью служить с вами». Только не торопись. Потом бывает очень неловко.

~ ~ ~

(Игнатиус, выбравшись на поверхность после штурма, швыряет на снег перегретый термозаряд винтовки; на его правой руке раздроблена и окровавлена бронированная перчатка. Оттесняет плечом подбежавшего медика и продолжает, нетвердо держась на ногах, идти дальше.)
Игнатиус. Займитесь кем-нибудь другим, а. (Раздраженно кивает в сторону раненой Ферро.) Уберитесь с дороги. Мне нужно…
Медик. Да в порядке ваш парень, в порядке, не ищите.
Игнатиус (резко). Кто?
Медик. Повезло с имечком… Да Сарен, по фамилии не помню. Мировой мальчонка у вас. Это он с нами вышел на связь, передал координаты. Где только работающий передатчик в вашей вечной мерзлоте нашел, ума не приложу. Медаль ему дайте за сообразительность, что ли.
Игнатиус. Медаль? Жвалы б ему оторвать.
(Расталкивая гудящую толпу, лавируя между поднявшимися из бункера служащими Альянса, он добирается до шаттла, где сидит в одиночестве сидит Сарен, и кладет тому руку на плечо; ладонь по-прежнему кровоточит. Сарен молча отстраняется и продолжает смотреть себе под ноги.)
Игнатиус. Дурень. Я тебя похоронил уже, понимаешь? Нет, не понимаешь. Когда командиром будешь — узнаешь, что это такое, не уберечь своего.
Сарен. Не буду.
Игнатиус. Справился сейчас — и дальше справишься. Да посмотри ты мне, наконец, в глаза, Сарен! Отличная работа. В следующий раз постарайся без вольностей только.
Сарен. В следующий раз? Следующий? Да что вам всем от меня надо? Разве мы не квиты уже?!

~ ~ ~

Ди. Ну что, живы еще?
Чатка. Я так просто десятку «церберовцев» не сдамся.
Ди. Приятно слышать. Как показала практика, я тоже.
Чатка. Двести девятый с тобой?
Ди. Мы на корабле. Но я... слушай, я не вернусь за вами. Кила, я не делала вещи ужаснее, но я не вернусь.
Чатка. Что?
Ди (резковато). Мне нужно домой. Мы привыкли делать вид, что дом здесь. Ты привык, я привыкла, все. Видели взрыв? Половину второго этажа снесло — потому что я не успела снять последнее устройство. И не думала, что успею. Но хотела успеть, ясно? И сейчас я хочу успеть в Мигрирующий флот прежде, чем они развяжут эту глупую войну. Мой народ может быть жестоким. Геты даже с кодом Жнецов — не могут. Это хуже всего. Вы попробуйте выжить. Я попробую не опоздать… и не затягивать с возвращением.
Чатка. ...
(Он поворачивается в сторону базы «Вавилон», рассматривая ее в прицеле снайперской винтовки: над крышей комплекса вьется пламя. Видны крошечные фигурки оперативников «Цербера». Судя по всему, они собираются сбить кораблик Ди и Двести девятого ракетой. Мгновение спустя один из солдат падает с гарпуном в голове.)
Чатка. Я же говорил, что ты смелее меня.

Комментарии сценаристовПравить

В ответ на черновик сценария я получила от Винни очень прочувствованное письмо, начинавшееся со слов «Детка, это мегаохуенноочешуеннонупрямваще». Можете почувствовать всю силу обуревавших нас эмоций. Закончив «К звездам», мы свято уверовали в собственный гений. А как тут не уверовать?

Пройдет еще немало времени, прежде чем жизнь «Улья» вернется в привычную колею. Судьбы некоторых героев, впрочем, на прежние рельсы не встанут уже никогда.

 
Меня спрашивали вот уже не один раз: откуда взялось это "я же говорил" в последнем диалоге Ди и Чатки? Некоторые, я смотрю, решили, будто фраза звучала в какой-то вырезанной сцене, и вбили себе в головы, что она непременно будет на DVD. Нет, детки; вырезанная сцена — это фантастика. И я, вопреки уверениям некоторых, еще не страдаю провалами в памяти. Чатка действительно ни разу до этого не говорил Ди, что считает ее смелее себя.

Он так думал.

 

Интересные фактыПравить

  • Серия собрала у экранов почти двадцать миллионов телезрителей, а кадры из нее заполоняли Тумблер до тех пор, пока не сменились кадрами из свежевышедшего трейлера ко второму сезону.
  • Кораблик Ди и Двести девятого по-прежнему остается безымянным: Ди, по всей видимости, не горит желанием давать ему название.
  • После титров не показывают традиционной сценки: виден лишь черный экран, а за кадром слышатся писк компьютера и голос Зои, сообщающей, что адмирал, по словам врачей, может не прийти в себя. Предполагают, что Зои, Барейлу и Шеймусу удалось выбраться с захваченной базы и доставить Петра Михайловича в госпиталь.
  • Это единственная серия первого сезона, в которой присутствует эротическая сцена: зритель наконец убеждается, что Сарен и Мирала давно спят вместе. Чтобы получить наиболее полное представление о том, почему сценаристы решились столь откровенно показать сексуальные отношения между персонажами, можно обратиться к отрывкам из писем Джины к Винни:
Итак, свет приглушен, но мягкое синеватое сияние выхватывает из мрака контуры двух тел; камера берет крупные планы, и эти короткие фрагменты чередуются затемнениями, давая зрителю вполне ясное представление о том, что происходит, не вдаваясь в пошлые детали (не то чтобы я против пошлости, но мы, к вящему сожалению наших поклонников, снимаем не порнографию); в полной тишине слышны два сплетающихся дыхания; композитору закажем какую-нибудь обволакивающую электронику.

...Это не эротика ради эротики. Вот что важно, на мой взгляд: двое полностью обнажены, но в то же время абсолютно закрыты друг для друга. Разговор не клеится, и даже поза Сарена выдает человека если не сломленного, то, во всяком случае, сильно запутавшегося.
  • «К звездам» — последний эпизод «Улья», в котором Мирала и Сарен значатся среди главных героев; во втором сезоне оба они уходят со сцены. Впрочем, если верить Винни Б. Старку, их дороги еще пересекутся.

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.